На кладбище в Романе, сразу после похорон Александра, Натан впервые произносит вслух слово «СЕРИМЕКС» — и в этот момент расследование гренобльских социологов вплотную сходится с прошлым Иезавели. Второй раздел показывает два лица одной машины власти: подземный испытательный полигон под психиатрической больницей Сент-Элен в 1990-х и безжалостную зачистку свидетелей в октябре 2007 года, когда за открытыми научными текстами внезапно проступает живая угроза.
В этом разделе
- Проследите первый выход семнадцатилетней Иезавели на улицы Прива и устройство крестообразного Зала 120, где на двенадцати связанных пациентах испытывали связку нейролингвистики, феромонов и временных ДНК-чипов.
- Разберёте предсмертное письмо Дени Эритье, отправленное 6 октября 2007 года в 14:37, и поймёте, почему академическая привычка «действовать по процедуре» бессильна против структуры, встроенной в реестры и институты.
- Расшифруете идеологический треугольник СЕРИМЕКСа — Ваал-Вериф, переписанную Астарту и «детей Задика» — через который насилие над телом и торговая власть объявляются высшим правосудием.
- Увидите сдвоенную кульминацию 1999 и 2007 годов: ночные роды клона в подземной палате Прива, проклятие «Сахару» и гибель Бахии, после которой Натан и Камилла бегут из Гренобля в одной машине с Лорой.
С этого раздела двойной монтаж романа становится прямым источником напряжения: читатель уже видит подземные этажи больницы Сент-Элен, команду Даниэля Бедды и подлинное имя «Сахара», тогда как Натан в октябре 2007 года лишь нащупывает адрес в Ардеше по обрывкам реестров и статьям о финикийских богах. Сравнивайте то, что уже открыто в хрониках Иезавели, с иллюзиями, за которые до последнего цепляются Натан и Камилла.